980x120

Своя среди своих: как агинской бурятке удалось воплотить корейскую мечту

Своя среди своих: как агинской бурятке удалось воплотить корейскую мечту

Наталья Цой-Шуга­ева

О ней слышал каждый второй российский нелегал в Южной Корее, ведь для мно­гих из них она стала симво­лом несбывшихся надежд. Зовут ее Наталья Цой-Шуга­ева. Она судебный перевод­чик, одна из немногих неко­рейцев, кому удалось стать своей в Стране утренней свежести. Как ей это удалось — в эксклюзивном интервью корреспонденту газеты «Бу­рятия».

— Предлагаю начать эту беседу с риторического во­проса. Есть мнение, что Юж­ная Корея уже давно не за­граница для многих россиян. Как вы думаете, хорошо это или плохо?

— Южная Корея территори­ально находится недалеко от России, буквально за Примо­рьем. Даже сейчас мы летаем, допустим, летом, на якутских авиалиниях из Сеула до Улан- Удэ, и время полета занимает около трех часов. Поэтому-то многим россиянам и не кажет­ся, что, будучи в Республике Корея, они далеко от дома. А началось все после Олимпи­ады 1988 года. В начале 90-х первые россияне, в основном этнические корейцы, начали, скажем так, прокладывать тор­говые пути в эту страну. Затем начали выезжать на заработки. Если смотреть на все это с точ­ки зрения закона, конечно, не есть хорошо, когда россиянин на свой страх и риск, без страховки и знания языка едет на те же полевые работы, пользуясь безвизовым режимом между Республикой Корея и Россий­ской Федерацией. С другой стороны, в Южной Корее дей­ствительно можно относитель­но неплохо заработать. Лич­но я не в праве кого-то за это осуждать. Потому, наверное, и мнение мое тут неуместно.

— Расскажите о себе. Отку­да вы родом, и как получи­лось, что Южная Корея стала для вас вторым домом?

— Мои предки по матери — буряты из села Хада-Булак Бор­зинского района Забайкаль­ского края. В 1965 году моего дедушку, участника Великой Отечественной войны, фрон­товика, отправили работать учителем начальных классов в село Кусочи Могойтуйского района ныне Агинского округа. В Кусочи я окончила среднюю школу, высшее образование получила в БГПИ имени Бан­зарова, ныне БГУ. Работала учителем начальных классов, предпринимателем без обра­зования юридического лица. В 2002 году приехала во Влади­восток и устроилась работать в частную туристическую ком­панию. Мы продавали билеты, готовили пакеты документов на подачу туристических виз, в основном для выезжающих в Японию и Корею, иногда со­провождали их. После двух таких поездок в Корею в кон­це 2002 года решила поехать сама. Устроилась на завод по производству холодильников и почти сразу же попала в пер­вую и пока единственную лега­лизацию нелегалов.

— Вы были нелегалом?

— Буквально пару месяцев. Тогда Южная Корея решила легализовать всех работаю­щих именно на производстве. Получив таким образом рабо­чую визу, я проработала на том заводе до 2006 года. Затем по­ступила на двухгодичные язы­ковые курсы при Сувонском университете. Учебу оплачива­ла сама, с заработанных денег. Училась я хорошо. Когда осво­ила язык, жить в этой стране стало намного проще. Затем в 2010-м от центра иностран­цев нашего города я попала волонтером-переводчиком несложных переводов в от­дел полиции. А далее уже от этого участка полиции полу­чила направление на курсы полицейских переводчиков. В прошлом году сдала экзамены на судебного переводчика и получила удостоверение госу­дарственного образца. Нужно понимать, что в Южной Корее очень важно быть полезным обществу. Моя полезность вы­разилась в роли судебного пе­реводчика.

— Долго привыкали к жиз­ни в чужой стране?

— К жизни в Корее я, как ни странно, привыкла очень бы­стро, впитывала, как губка, культуру, язык. Мне здесь про­сто удивительно везет с людь­ми, будь то коллеги, соседи, хозяева домов или преподава­тели.

— Здесь же и мужа встре­тили?

— В Корее встретила второ­го мужа, он этнический коре­ец из Узбекистана. Но встре­тила я его благодаря первому супругу, ведь расставшись с ним, я в свое время решила уехать во Владивосток. Те­перь живем на три страны, муж — гражданин Узбекистана, я — россиянка, а проживаем в Южной Корее по визе ПМЖ. Муж работает электриком на заводе. О нем много расска­зывать не буду, скажу лишь, что для меня он – реальная опора. Дочь уже большая, по образованию лингвист, живет и работает в Германии.

— Как часто вам приходит­ся пересекаться с земляками по работе? И какие право­нарушения они совершают чаще всего?

— Минувшей весной в Сеуле проходил экономический фо­рум, где я работала в команде переводчиков, сопровождала делегацию из Бурятии. А так по работе, слава богу, с зем­ляками пересекаюсь не особо часто. Месяц назад было два случая с участием выходцев из Бурятии, и в обоих — наруше­ние дорожного законодатель­ства. А поскольку оба были нелегалами, то после оформ­ления допроса и процедуры дактилоскопии их перевели в иммиграционную тюрьму для последующей отправки домой. Диапазон правонару­шений довольно предсказуем: вождение без корейских прав на нелегальных автомобилях, групповые драки в алкоголь­ном опьянении, в общем, все как дома.

— Что вы обычно совету­ете тем, кому пришлось с вами встретиться по долгу службы?

— Я всегда советую держать­ся спокойно и говорить прав­ду. Если нелегал говорит, что не работает в Корее, то есть представляется туристом, то его обычно начинают прове­рять на множество, например, нераскрытых краж, что может занять немало времени. За­дача полиции — помогать лю­дям, а не усложнять им жизнь, во-всяком случае в Южной Ко­рее ее воспринимают именно так. Были случаи, когда поли­цейские помогали нелегалам из России «догнать» зарплату у нерадивых работодателей. Один молодой бурят, оказав содействие в расследовании, довольно долгое время нахо­дился в стране как свидетель, и это время пошло ему на поль­зу.

— Отслеживаете события, происходящие на родине? И как вы их видите со сторо­ны?

— Конечно, я слежу за собы­тиями на малой родине. Про споры о диалектах промолчу. Тут, мне кажется, время все рассудит, главное — не забы­вать родную речь. Было очень неприятно читать и видеть новости по осенним событиям на площади Советов в Улан-У­дэ. Мне иногда приходится наблюдать акции протеста в Южной Корее, они здесь тоже случаются время от времени. Это всегда четко спланирован­ные мероприятия, где звучат конкретные претензии и кон­кретные предложения, при­глашаются опытные ораторы. Протестные акции в Улан-Удэ мне показались слишком спон­танными и грубыми, наверное, потому что руководили ими неопытные холерики. Нужно понимать, что подобный тон в любой стране не приемлем. Нынешнее время позволяет решать любые вопросы циви­лизованно, без воплей. А все остальное – банальная борьба за власть.

— Есть мнение, что пред­ставители монгольских на­родов имеют много общего с корейцами. Лично я так не считаю. А вы?

— За годы жизни в Южной Корее убедилась, что наши народы однозначно не чужие друг другу. Есть схожесть слов в корейском и бурятском язы­ках, много общего в культуре. Но чтобы осознать это, нужно преодолеть разницу менталь­ностей. Именно здесь, в Корее, я начала понимать, что наши различия — это стереотипы, не более. Но приходит это осоз­нание с годами, путем опыта. Я изменилась за годы жизни в этой стране, но что именно во мне изменилось, в двух словах не объяснишь. Наверное, это выражается в понимании, что можно просто жить и радо­ваться каждому новому дню.

— Известно, что чужая страна либо отторгает в кон­це концов, либо поглощает. Допускаете такой вариант, что Южная Корея в конце концов вас поглотит?

— Она, наверное, уже погло­тила меня. Иногда даже выра­зить мысль быстрее получает­ся на корейском — в этом плане я здесь уже своя среди своих. Но родного языка не забываю, для меня он — это связь с кор­нями. Пока ничего не загады­ваю. Возможно, потом я смогу принести пользу и своей малой родине, которую ношу каждый день в своем сердце. Сейчас же меня все устраивает, я люблю свою работу, постоянно в ней совершенствуюсь, и люблю эту страну!

Источник:
burunen.ru
Грусть, печать
11:13
Один из немногих познавательных материалов на сайте и окружных СМИ вообще. Напрягают лишь строки — слава Богу с земляками нечасто соприкасаюсь. Ее слова как показатель нашей бурятской наглости, в самых худших ее проявлениях, отсутствии дружбы и поддержки своих, клановость, деление на землячества. Один мой друг, находясь в Корее, ответил на мой вопрос — ну как там наши буряты, дружно живёте? Последовал жёсткий ответ — ты, что бурятов на знаешь? Нет, конечно. Приходится с хангуками плотнее общаться.
Абармит
07:38
Энэ залуу хамган солонгосын бэрэ болод байна. Тибэл хорхэй, абаахай, тархан идежэ ябаха болно. Бурят ихэнэр бишэ болобол даа.
Грусти, печали
13:10
Она имела ввиду по работе своей не пересекаюсь с земляками. Писала же, что работает в суде переводчиком. Т.е. человек радуется тому, что земляков мало попадает в такие ситуации, где суд и все такое…
Грусть, печать
14:36
Я это и имел в виду
Грусть, печать
14:38
Про диапазон правонарушений. Все как дома. Мы везде себя ведём как дома.
Natalia Tsoy
22:41
Каждый, видимо, ищет в словах, что ему надо.Имела в виду, слава Богу, что нет подсудимых бурятов!
Natalia Tsoy
22:43
И не надо меня сравнивать с вашим другом-нелегалом! И почему он имел в виду, чтотне общается с другими, у них большая конкуренция на работе!
Natalia Tsoy
22:55
А так, всем спасибо за то, что прочитали.И ещё. Это не я писала, у меня просто брали интервью. Где то многое сократили, и тд.Мне отправили также ссылку в Инстаграме на странице Aginskoe_zab75, там больше прочитали. Можете подписаться ко мне на страницу на Инстаграм, ник -natalia inkorea.Всем добра и спасибо за обратную связь.
Дима
00:28
Молодец! Так приятно читать, сама всего добилась. Успехов тебе. По возможности помогай землякам, какие бы они не были. Спасибо.
Natalia Tsoy
08:18
Конечно!~Только я не пойму, какие б они не были, что это?            </div>
                            <div class=
Natalia Tsoy
08:19
А так, конечно, спасибо за добрые слова!~Баярлаа!
Твоя мамка
20:46
+1
Нелегала превращать в Национального героя? Гастарбайтер — это теперь вершина национального самосознания?
Что поделать
00:10
Мы и в собственном государстве нелегалы. Вот такие вот пироги.
Себастьян Перейра
20:12
Да хорош уже ныть. Хватит на нойонов смотреть, как они живут, что сказали и т.д. и т.п. Да стрёмно жить в родной стороне, да тяжело, но это ваши жизни. Взять себя в руки, работать и жить на своей родной земле. Как говорится нойоны приходят и уходят, а Агинск живёт дальше. Власти с народом не по пути в общем. Они исчезнут, а Родина останется.
Джанго освобожденный
00:07
Так то в оригинале было гитлеры приходят и уходят, а германский народ останется.
23:32
хоть я и лайк поставил — основной посыл что она выбралась из положения нелегала — что не есть плохо
Pak Olga
06:38
Бот, который прячется под ником Твоя мамка! Вы, видимо, не дочитали всю статью до конца. Наталья Георгиевна-отличный специалист в своём деле! Ей дают очень сложные переводы полицейского характера! Мы, представители диаспоры этнических корейцев Узбекистана, очень гордимся и уважаем её! Зря, не зная человека, вы так пишете.Тем более, она всегда отзывается о своей родине и людях-очень тепло!
Natalia Tsoy
14:43
Оль, спасибо! С первым днем зимы!
23:30
ох уж эти *подставьте нужное* то бот, то кремлебот… — если у человека другое мнение — отличающееся от вашего — это не значит что там троль сидит
Нагмит
11:19
Молодец, очень горжусь тобой моя землячка!!! Пусть хранит бурхан тэнгри,
Natalia Tsoy
14:38
Баярлаа!