980x120

Дважды спасённый: судьба и боги хранили Гаврила Мантыкова в Афганистане

Дважды спасённый: судьба и боги хранили Гаврила Мантыкова в Афганистане

Первый раз он чуть было не подорвался на своей же мине, во второй раз остался живым после того, как в него попала мина. Сегодня, глядя на подтянутого Гаврила Мантыкова, ветерана Афганистана, кавалера ордена Красной Звезды и медали «За боевые заслуги», невозможно сказать, что он ходит на проте­зах, сообщает газета «Бурятия».

Ганя, как называют его дру­зья и родные, родился в селе Бурят-Янгуты Осинского района Иркутской области. Семья была большая: у Артёма Даниловича, работавшего механизатором в колхозе, и Юнайды Николаевны, учительницы начальных классов местной школы, было шестеро де­тей. Гаврил в семье предпослед­ний.

«Когда учился в пятом классе, в соседнюю деревню после окон­чания спортфака БГПИ по распределению приехал наш земляк. Он каждый день ездил к нам на ве­лосипеде, чтобы проводить тре­нировки по борьбе», — вспоминает Гаврил.

Так Ганя вместе с деревенски­ми пацанами стал заниматься вольной борьбой, показывал хо­рошие результаты, выступал на зональных, всероссийских сорев­нованиях.

«В школьные годы ездил в Грозный, Махачкалу, Орёл и дру­гие города страны, — говорит Гав­рил.

В те годы он выполнил норма­тив кандидата в мастера спорта по вольной борьбе, что по тогдашним временам достаточно высокий уровень».

После окончания школы Гав­рил выбрал преподавательскую стезю. Возможно, на это повлияла профессия мамы. В школе история была его любимым предметом, поэтому Ганя поступает на истфак Иркутского пединститута, но не проходит по конкурсу. Вчераш­ний школьник вместе с одноклассником устроился в колхоз, где ра­боты для молодёжи хватало.

«Мы загружали на трактор­ную тележку силос, отвозили на ферму, где его и разгружали. За день до десяти тонн силоса пере­возили», — рассказывает Гаврил.

Так продолжалось до 10 мая 1986 года, до дня отправки на сборный пункт для службы в ар­мии.

К Афгану был готов

Ещё до армии Гаврил слышал об Афганистане. В Бурят-Янгуты вернулся его земляк, который служил в Афгане. Но тогда Ганя не придавал значения тому, что где- то в далёкой стране идёт война и в ней участвуют наши земляки. Даже отправляясь в подмосков­ный город Нахабино-2, не думал, что спустя полгода ему самому доведётся оказаться там.

«Попал в инженерные войска, в сапёрную учебку, где нас учили ставить и разминировать мины. Всё было строго, дело доходило до того, что перед занятиями офицер закрывал дверь на ключ. Каждая тетрадь была прошнурована и пронумерована. Перед сдачей те­традь проверялась — не вырвал ли кто листок из неё», — вспоминает Гаврил.

Изучать пришлось все виды мин: советские, итальянские, аме­риканские, китайские, английские — те, которые использовались в Аф­ганистане. А то, что они поедут «за речку», Ганя понял в учебке сразу.

«Тех, кому учёба давалась не­просто, переводили в другое под­разделение. Некоторых, наоборот, зачисляли к нам», — рассказывает он.

Для него самого особой слож­ности разбираться в сапёрном деле не было, по крайней мере, за время пребывания в учебной части. Он «висел» на Доске почёта — был отличником боевой и политической подготовки.

«В ноябре 1986-го закончи­лась учебка. Перед отправкой нас построили на плацу. Сказали: кто не желает служить в Афганиста­не – шаг вперёд. Из строя вышло только двое. Причём один из них позднее всё равно оказался в Аф­ганистане. Посадили нас в крытые «Уралы» — и на аэродром», — вспо­минает Гаврил.

Сам же, по его признанию, тре­воги за свою судьбу не испытывал, был морально и физически готов.

«Конечно, знал, что там уби­вают, и то, что самому придётся стрелять, об этом не думал», — го­ворит он.

«Ганя, остановись!»

Самолётом их доставили в Ташкент, а оттуда — на пересылоч­ный пункт в Чирчик, через три дня военным бортом — в Кабул.

«Вышли из самолёта, а на ули­це жара. Видим наших – бронежи­лет на голом теле, в солдатских тапочках на босую ногу. И это по­сле нашей учебки – образцово-по­казательной части. Думаю, куда же я попал?!» — вспоминает Гаврил.

Из Кабула они перебрались в Кандагар, где осталась часть ре­бят. Ещё шестеро — в Шиндан, в 68-й отдельный Пражский ордена Красной Звезды отдельный инже­нерно-сапёрный батальон.

«Это была прославленная часть, ещё в Великую Отечествен­ную она разминировала Прагу, за что получила своё наименование», — говорит Ганя.

Первые дни, как положено, прошли карантин. А среди «моло­дых» были не только сапёры.

«В состав батальона входили разные роты: сапёрная, разми­нирования, спецминирования, дорожная, даже был разведыва­тельно-водолазный взвод, — пояс­няет Гаврил. — Попал в роту спецминирования, а в ней три бурята: я, Сергей Якшеев из Жемчуга Тун­кинского района и Дамба Дымаев из Могойтуя Агинского округа. С Сергеем мы по-прежнему часто общаемся. А с Дамбой у нас даты рождения полностью совпали, там, в Афгане, мы были как род­ные братья».

В боевые задачи роты входи­ло минирование подходов к ки­шлакам, караванных троп, куда их забрасывали на вертушках. За полгода, что прослужил Гаврил в Афганистане, сколько поставил мин — сам не знает. Только за одну операцию их приходилось ставить до 50. Порой приходилось разми­нировать мины, поставленные им же.

Опасно ли было? На мой вопрос Гаврил, чуть задумавшись, отвеча­ет: «Если всё правильно сделаешь, то нет». Хотя один раз с ним прои­зошёл мистический случай.

«Однажды заметил тонкую медную проволоку (растяжку), растянул её, иду обратно, переша­гиваю через другие растяжки. И вдруг… в голове голос: «Ганя, оста­новись!». Встал и вижу в 15 сантиметрах — моя же растяжка, кото­рую не заметил. Ещё бы шаг… Эта мина подпрыгивает практически на рост человека, даёт более двух тысяч осколков, шансов остаться в живых в радиусе 25 метров нет. До сих пор не пойму, откуда взялся этот голос», — рассказывает Гаврил.

В тот день, 19 апреля 1987 года, рано утром мама Гаврила, как будто почувствовав неладное, сказала мужу: «Надо покапать за Ганю».

«Отец, можно сказать, атеи­стически воспитан, ездил на трак­торе с портретом Сталина, но тут, ничего не говоря, сел на коня и привёз бутылку», — рассказывает Гаврил.

И в этот же день 19 апреля на боевом задании их сын по­дорвался на афганской мине, чу­дом остался жив, лишившись двух ступней.

«Мы отправились на боевое задание. Нас сопровождало при­крытие – десантура и разведчи­ки, а также бойцы афганской ар­мии. Мы попали в засаду, скорее всего, нас уже ждали, поскольку царандои нередко передавали информацию моджахедам. На­чался бой, а мы, пятясь назад, отстреливались. Разворачивать­ся нельзя — на спине рюкзаки с тротилом. Вижу здесь взрыв, там. Один упал, второй. И тут взрыв у меня под ногами, мина из грана­томёта упала прямо передо мной. Подлетаю, падаю, земля на меня сыпется. От боли закричал, меня вытащили. Последнее, что помню, берцев (солдатские ботинки) нет… Очнулся уже в госпитале в Кабуле. Как сказали мне, до этого два дня без сознания пролежал в госпи­тале в Кандагаре», — вспоминает ту боевую операцию Гаврил.

Спасибо Киеву

Из Кабула Гаврила доставили в Киев в 408-й окружной воен­ный госпиталь. Здесь он проле­жал почти полгода, здесь же, если можно так сказать, привели его ноги, но уже без стоп, в порядок. А уж потом он вернулся домой.

«Получается, что полгода в учебке, полгода в Афгане и полго­да в госпиталях», — грустно улыба­ется Ганя.

Дома, несмотря на инвалид­ность, работал методистом по спорту в местном колхозе.

«Так получилось, что надо было собрать колхозную команду на районные соревнования. Председатель колхоза попросил меня заняться этим, зная меня в про­шлом как спортсмена», — поясняет «афганец».

В то же время Гаврила беспо­коили протезы, которые для него изготовили в Иркутске.

«Отец написал письмо в Киев, в тот же госпиталь, где я лежал. Объяснил ситуацию, мне сказали — приезжайте. К счастью, попал к тому же начальнику отделения гнойной хирургии. После консультации в киевском научно-иссле­довательском институте трав­матологии и ортопедии сделали реампутацию. Настолько хорошо, что культи практически не беспо­коят меня и по сей день», — говорит Гаврил.

В августе 1989 года Гаврил Мантыков поступил в БГПИ.

«Тогда там учились 14 «аф­ганцев», мы часто друг с другом общались, дружим и сейчас», — го­ворит он.

Но проучился Ганя всего один курс. Впоследствии 6,5 лет воз­главлял Фонд инвалидов Афгани­стана Бурятии. При нём построили мемориальный комплекс «Чёрный тюльпан». За работу председателем фонда и строительство ком­плекса Гаврил Мантыков удостоен медали ордена «За заслуги перед Отечеством» II степени.

Сегодня он трудится в мед­колледже. С супругой Людмилой воспитал двух сыновей: старший работает инженером на Адмирал­тейских верфях в Санкт-Петербур­ге, младший собирается в армию.

Гаврил и сегодня активно уча­ствует в ветеранском движении.

«То, что открываются мемо­риальные доски, проводятся раз­личные военно-патриотические акции — это правильно, посколь­ку нынешнее поколение должно знать ребят, которые ценой жиз­ни, здоровья выполнили свой во­инский, интернациональный долг перед Родиной», — отмечает Гаврил Мантыков.

Автор:
Герман НАМЖИЛОВ.
Сайт:
Нет комментариев. Ваш будет первым!
Загрузка...